- Не нужно громких слов, Мельбурн. - ожесточенно прервала графа Элизабет. - Вы хотели растоптать меня и поставить на колени. Вы хотели, чтобы я ползала в ваших ногах и молила о пощаде. У вас не вышло сделать это силой, и вы пускаете в ход другое оружие - хитрость. Но я не так глупа, как вам кажется. Я не убью вас, не потому что, вы безоружны, а я боюсь возмездия Господа. Я буду ждать, когда это возмездие коснется вас, и буду ликовать, глядя на ваши страдания. Как смеете вы, граф, рыцарь, воин, верный поданный короны, рассуждать сейчас о моей смелости, о силе духа после того, что сотворили со мной? Я не боюсь вас, милорд, совсем не боюсь. Что еще вы можете сделать? Разве существует какое-то зло, еще до сих пор не совершенное вами?
- Вы провоцируете меня, мадам? - спокойно спросил Ричард, глядя в раскрасневшееся, переполненное эмоциями лицо девушки. Выплескивая на него свою ярость, Элизабет вскочила на ноги. И теперь они стояли друг против друга, внезапно поменявшись ролями. Негодующая готовая в любой момент броситься на врага Элизабет, совершенно не владеющая своим гневом и уравновешенный неприступно-холодный Ричард Мельбурн, взирающий на нее с высоты свое роста с загадочным выражением лица. Она заметила, как неожиданно изменилось выражение его глаз, зрачки расширились, даже их цвет потерпел метаморфозу. Ярко-синий медленно перешел в темно-фиолетовый. О, она знала отвратительное гадкое значение этого взгляда. Своими необдуманными действиями Элизабет умудрилась разбудить в своем похитителе и мучителе самое худшее, омерзительное чувство - похоть. И судя по его расползающейся по лицу жестокой улыбке, он понял, что она знает.... Его взгляд мучительно-медленно переместился на вздымающуюся при каждом тяжелом вздохе грудь девушки. Тонкая рубашка не могла служить защитой, она, скорее показывала, чем скрывала ее стройное молодое тело. И Элизабет Невилл испугалась. Это был панический парализующий страх, охвативший все ее существо. Ее словно обдало ледяной волной, она перестала дышать, и беспощадные черты лица графа стали медленно расплываться. Ричард положил свою большую теплую ладонь на тонкую девичью шею, растопырив пальцы, охватывая ее так, будто хотел задушить. Глаза девушки расширились от ужаса. То, что прочитал в них Мельбурн, повергло его в шок. Ни одна женщина никогда не смотрела на него так. Он уже знал, что Элизабет не станет сопротивляться, не будет рычать и царапаться, не пустит в ход свои острые зубы. Если он сделает это....
- Вы спасли мне сегодня жизнь, милорд. Неужели лишь для того, чтобы забрать ее самому? - хрипло спросила она, не отводя своего взгляда от сурового лица мужчины.
Ричард Мельбурн понял, о чем говорит Элизабет. Если он сделает то, что хочет его тело, он убьет ее. На этот раз окончательно. Она не сможет больше подняться и начать жить заново. Но разве не этого он хотел с самого начала? Отобрать у нее все, чем она дорожит, растоптать ее гордость, превратить в покорную дрожащую от страха рабыню? Что же случилось? Почему ему невыносима мысль ....
- Не сейчас. - неожиданно для самого себя сказал Ричард, резко одернув руку. Он видел, как дрогнули ресницы девушки и расслабились плечи, сведенные мучительным напряжением.
- Если мои слова могут что-то значит для вас, милорд, - нервно теребя край рукава тонкими пальцами, проговорила Элизабет, опустив голову. Тяжелые золотые волосы упали ей на грудь, спрятали от него ее лицо. Знали ли она, насколько красива? После всех мучений, ее красота не только не завяла, но и стала еще ярче, еще увереннее. Ничего не осталось от высокомерной избалованной изнеженной девчонки. Теперь это была женщина, умная, сильная и глубоко несчастная. Женщина с собственной трагической историей. Острое не поддающееся объяснению и здравому смыслу желание вновь пронзило его, лишив почвы под ногами. Он ожидал чего угодно, но не этого. Как можно желать ее? После всего, что он сделал? После всего, что он видел и знал? Элизабет продолжала что-то говорить, но он не слышал, лишь обрывки фраз доносились до его помутненного сознания.
- ...Вы хотели, чтобы я умоляла вас, милорд. Вы пытались заставить меня покориться, и склонить голову. Я сделаю это, если вы никогда... вы не будете.... Ваше сиятельство, у меня совсем не осталось сил сражаться с вами. - голос ее задрожал, и она вскинула голову, чтобы посмотреть на него. - Где-то очень глубоко внутри вы понимаете, что были чересчур жестки со мной. Я видела, как вы добры к Луизе. Вы любите ее, уважаете своих друзей. Вы готовы умереть, защищая их. И вы спасли мне жизнь. Прошу вас послушайтесь здравого смысла. Если я, по вашему мнению, заслужила все, что со мной сделали вы и ваши люди.... - она запнулась, опустив длинные черные ресницы. - Разве недостаточно для одной женщины?
- О чем вы просите меня, Элизабет? Отпустить вас? - устало спросил он, отворачиваясь от нее. - Я не могу этого сделать. Не трогать вас? Что ж, это мне по силам. У меня достаточно женщин, которые с радостью сделают то, что вызывает в вас страх и отвращение. Я не собираюсь вас насиловать, если вы об этом.
- Именно это я и хотела услышать. - прошептала Элизабет. - Больше ничего.
- Я должен кое-что сказать вам, Элизабет. - Ричард снова повернулся к ней. Темная прядь волос упала на его лицо. - Следующей ночью я уезжаю, и забираю с собой Луизу.
- Куда? - растерянность в распахнувшихся глазах девушки затронула какие-то тайные струны его души.
- Это не важно. Вы останетесь здесь под надзором Купера. Я знаю, что вас это не обрадует, и меня ваши чувства не сильно заботят. Девид получит все необходимые инструкции относительно вас. Когда в Мельбурн вернется Роберт Холл, он заменит Купера. Вы будете находиться в покоях Луизы, вам будет запрещено выходить на улицу, перемещение в стенах замка разрешается только в сопровождении охранников. Вы так же можете писать письма Луизе, и только ей. Всю корреспонденцию перед отправкой будут просматривать ваши надзиратели.
- Как долго? - спросила Элизабет, оглушенная новостью. - Как долго вас не будет?
- Несколько месяцев. Все зависит от ситуации. В мое отсутствие вам ничего не грозит. Только у меня есть право мучать вас. - Мельбурн сухо улыбнулся. - Вы должны быть рады избавиться от меня.
- Я рада. - кивнула Элизабет. - Но вы забираете у меня Луизу. Что я буду делать несколько месяцев, сидя в четырех стенах в одиночестве под надзором человека, который изнасиловал меня по вашему приказу. - глаза девушки полыхнули ненавистью.
- Вы хотите, чтобы я раскаялся? Или извинился? Вам станет легче от этого? - холодно спросил Ричард.
- Нет. - покачала головой Элизабет.
